Невзирая на постоянные (12.02.2009)
Невзирая на постоянные аресты, состав УГГ продолжал увеличиваться, и уже в 1985 г. она насчитывала 36 человек. В конце 1970-х годов некоторые из членов – Григоренко, Строката-караванска, Надежда Свитлична – эмигрировали из СССР, тем самым получив возможность представлять УГГ за рубежом.
Украинскую Гельсинкску группу отличали от предыдущих диссидентов две важных черты. Первая заключалась в том, что группа являла собой открытую общественную организацию, которая хотя и не была прорежимной, однако считала, что имеет законный правый на существование. Такие взгляды были для Восточной Украины чем-то неслыханным еще со времени установления советской власти. Другой беспрецедентной чертой были контакты с аналогичными группами по всему СССР с целью «интернационализации» защиты гражданских и национальных прав.
В программных заявлениях группы явно проступало и новое мышление. Они отмечали применение легальных методов, усматривая решение общественных проблему соблюдении законов вообще и уважении прав личности в частности. Поэтому члены группы часто называли свою деятельность правозащитным движением. Как замечал Иван Лисяк-рудницкий, проповедование законности и настоящей демократии вместо определенной идеологии, например, национализма или марксизма, которыми до тех пор увлекалась украинская интеллигенция, стало важным поворотным пунктом в истории украинской политической мысли.
Хоть некоторые члены Украинской Гельсинкской группы оставались в какой-то степени на позициях марксизма или национализма, взгляды ее большинства более найчиткише передает такой отрывок из воспоминаний Даниила Шумука, что в прошлом был в то же время коммунистом и националистом и провел около 40 лет в польских, нацистских и советских тюрьмах: «Лишь демократия способна спасти человечество от опасности тирании как левого, так и правого, сорта. Лишь неограничено, гарантированное законом право всех граждан выражать, пропагандировать и защищать свои идеи способное дать людям возможность контролировать и направлять политику правительства. Без этого права не может быть и речи о демократии и демократических выборах в парламент. Там, где нет легальной оппозиции, которая пользуется ровными правами в парламенте и среди народа, нет демократии... Я